Поиск по сайту

 RUS  |   ENG 

Валентина Мороз
«ОТКРЫТИЕ ПАМЯТНИКА»

Ирина Вабищевич
«ИСТОРИЯ ОДНОЙ ФОТОГРАФИИ»

Валентина Левина
«СТРАШНАЯ ПРАВДА О ВОЙНЕ»

Воспоминания Мовши Самуиловича Мулера

Леонид Смиловицкий
«ЭТО БЫЛО В ЧЕРВЕНЕ»

Нина Куманяева
«РАССТРЕЛ»

Аляксандр Валавой
«ВАЕННАЕ СІРОЦТВА»

РОЗЫСК РОДСТВЕННИКОВ

Виктория Мочалова
«РОД КЕРШТЕЙНОВ-МАРГОЛИНЫХ»

Виктория Мочалова
«СЕМЕЙНЫЙ ФОТОАЛЬБОМ»

«ПАМЯТЬ О ЕВРЕЯХ ЧЕРВЕНЯ»

Элеонора Нисневич
«ИСТОРИЯ ОДНОЙ ПЕСНИ»

Ирина Вабищевич
«РОДОСЛОВНАЯ ПАМЯТИ»


Нина Куманяева

РАССТРЕЛ

В 1941 г. автор этих строк – белоруска по национальности – воспитывалась в детском доме. Он стоял на окраине Червеня…

1 июля 1941 г. в Червень со стороны Пуховичей вошли немецкие солдаты. Наш детский дом находился на окраине города. Он встал на пути немцев…

Помню, детдом был огорожен забором, весь двор – в цветах. Танки шли напролом, сметая забор, розы… Все – под гусеницы.

В конце июля или начале августа, я точно не помню, евреев Червеня изолировали от остальных.

С улицы под названием Грядка всех выселили, а на ней обустроили гетто.

Было очень страшно: и белорусам, и евреям: у солдат – автоматы наперевес, рядом – злые овчарки.

Ни одному народу не предоставили привилегий – страдали все. Первым, помню, застрелили еврея Чарного, который торговал в ларьке. Мы к нему бегали за конфетами. Затем убили пятнадцатилетнего белоруса Скуратовича. Убили во время переезда с улицы Грядка.

Вспоминаю: в нашем детском доме воспитывались дети-евреи, но мы об этом даже не знали. Мы до войны просто не понимали разницы. Если бы у меня спросили, кто из нас еврей, я не ответила бы. А тут фашисты приказали директору детского дома построить детей во дворе и отфильтровать евреев. Некоторых они определили сами, прохаживаясь вдоль строя. Грубо хватали и отбрасывали в сторону со словами: «Юда, вэк».

Мы были перепуганы до смерти, каждый думал, что сейчас и его выбросят из строя. Мы ведь вначале не понимали, кого они ищут.

Были дети, не похожие на евреев, но они попали в списки, которые им передала директор детдома Елена Павловна Задорина. Я думаю, человек сорок-пятьдесят, не очень похожих, можно было уберечь, скрыв национальность (откуда немцы узнали бы, кто есть кто?), но она этого не сделала.

Всех еврейских детей поместили здесь же, через стенку от нас. Кормили из одной кухни и нас, и их. Голодали все в равной мере. Нам заходить к еврейским детям не разрешали. Их охранял полицай.

Начался голодный 1942 год. Год этот трудно вспоминать без боли в сердце.

30-31 января из близлежащих деревень в Червень согнали мужчин с кирками и лопатами. Никто не знал, зачем. Оказалось, немцы готовили массовый расстрел евреев. А люди были нужны, чтобы выкопать ямы.

1 февраля, в воскресенье (вроде, не ошибаюсь, можно проверить, какой это был день – 1 февраля 1942 г.), в 6 часов утра начался расстрел.

У нас в Червене жил известный доктор Чертов. Люди загодя просили сохранить ему жизнь. Немцы поставили условие: семью расстреляем, а его оставим, если, соберете 100 подписей. Люди собрали около тысячи подписей и пошли бить челом, чтобы, значит, оставить в живых и доктора, и его семью. Но немцы не согласились. Тогда доктор Чертов отказался от их милости, он не хотел один жить.

Был сильный мороз (30 градусов). Немцы окружили район, евреям приказали раздеться до белья и выходить из домов. Взяв маленьких детей на руки, несчастные узники выходили из домов босые и раздетые. Шли по краю трех больших ям. А немцы и полицаи стреляли в них из автоматов. Люди падали в эти ямы – мертвые, живые и раненые. Расстрел длился целый день. Тогда расстреляли не только червенских евреев, но и минских, бобруйских и, кажется, березинских. А в Минск, говорили, привезли гамбургских, поэтому минчан перебросили в Червень. Расстрел (ой, какой страшный день! Я и сейчас не могу его спокойно вспоминать) закончился вечером. Мерзлые комья земли плохо прикрывали ямы, кровь сочилась вверх. Живые люди ворочались в ямах и, казалось, что земля вздыхает. Помню еще, что во время расстрелов в домах на близлежащих улицах дрожали стекла.

Всю одежду и ценности евреев, все лучшее немцы забрали себе, а остальное отдали полицаям.

Еврейских детей из нашего детдома тоже забрали. Приехали вооруженные полицаи, посадили их в сани и увезли к тем ямам… И расстреляли…

Ночью, после расстрела, в детдом прибежала, вся в крови, Маня Борщ – ей удалось выбраться из ямы и она спряталась под кроватью. В младшей группе. Потом Маня ушла из детдома. Оставаться там было небезопасно. Кажется, она была потом в Семковском детдоме. Ее снова поймали, но она опять убежала, и ее укрыла деревенская семья, которой она по сей день благодарна. Кажется, жив сын этих людей. А Маня Борщ вроде собиралась уехать в Израиль.

P.S. Еврейские дети детского дома, которых я помню: Колман, Люба Фурмус, Зина Фурмус, Хаим, Арчик. Это только из моей группы…

Еврейское местечко под Минском


Местечки Минской области

МинскБерезиноБобрБогушевичиБорисовВилейкаВишневоВоложинГородеяГородокГрескГрозовоДзержинскДолгиновоДукораДулебы ЗембинИвенецИльяКлецкКопыльКрасноеКривичиКрупки КуренецЛениноЛогойскЛошаЛюбаньМарьина ГоркаМолодечноМядельНалибокиНарочьНесвижНовый СверженьОбчугаПлещеницы Погост (Березинский р-н) Погост (Солигорский р-н)ПтичьПуховичи РаковРованичиРубежевичиРуденскСелибаСвирьСвислочьСлуцкСмиловичиСмолевичи СтаробинСтарые ДорогиСтолбцыТалькаТимковичиУздаУречьеУхвалы ХолопеничиЧервеньЧерневкаШацк

RSS-канал новостей сайта www.shtetle.comRSS-канал новостей сайта www.shtetle.com

© 2009–2017 Центр «Мое местечко»
Перепечатка разрешена ТОЛЬКО интернет изданиям, и ТОЛЬКО с активной ссылкой на сайт «Мое местечко»
Ждем Ваших писем: mishpoha@yandex.ru