Поиск по сайту

 RUS  |   ENG 

Александр Литин, Ида Шендерович
«ДРИБИН, ИСТОРИЯ ГОРОДА»

Мария Юрченко
«ЭТО НУЖНО ЖИВЫМ»

РОЗЫСК РОДСТВЕННИКОВ

Залман Шифрин
«ПЕЧАЛЬНАЯ РАПСОДИЯ»

Дрибин
в «Российской еврейской
энциклопедии»


Александр Литин, Ида Шендерович

ДРИБИН, ИСТОРИЯ ГОРОДА

Дрибин – городской посёлок, центр Дрибинского района. Расположен на реке Проня в 64 км от Могилёва и в 10 км от железнодорожной станции Темный Лес на линии Орша-Кричев. Автомобильными дорогами соединен с Могилевом и Горками. Является также и центром Михеевского сельского совета. На 2004 г. в поселке проживало 3,2 тыс. жителей. Происхождение названия связывают со словом «Дерба» – дерн, необработанная земля.

Дрибин известен с XVI в. Входил в Мстиславское воеводство Великого княжества Литовского. Во время Северной войны 1700–1721 гг. в 1708 г. был сожжен. После 1-го раздела Речи Посполитой в 1772 г. – в составе Мстиславской провинции включен в Российскую империю. С 1777 г. Дрибин – местечко Чаусского округа, в 1784 г. он стал центром имения Техановецких, насчитывал 657 жителей, 181 двор, церковь, мельницу, 25 лавок, ежегодно проводилась большая ярмарка. С 1880 г. Дрибин центр волости, его население занималось земледелием, промыслами, особенно славились дрибинские шаповалы.

В начале XX века В. Семенов-Тяншанский и И. Довнар-Запольский в своих историко-географических описания отмечали: «Местечко Дрибин имеет до 1200 жителей, в том числе до 900 евреев... Местные крестьяне выделывают печные изразцы и разную деревянную посуду; но главный их промысел – шерстобитство или шаповальство. (Это уникальный, самобытный валяльный промысел – изготовление валенок, – который своими корнями уходит в XVIII век – А.Л. И.Ш.). Хорошо разработан условный язык кустарей – «катрушницкий лемезень». (Лексичный состав языка насчитывает около 15 слов и 13 понятийных групп – А.Л. И.Ш.).

Евреи ведут мелочный торг. В местечке есть православная церковь и два еврейских молитвенных дома, народное училище и волостное управление».

Яркие и интересные воспоминания о дореволюционном Дрибине оставил его уроженец и очевидец жизни местечка Залман Шифрин:

«...В местечке половина, а может быть и больше еврейских семей являлись Рабиновичами и Шифриными. Почти все состояли в родстве между собой. Дрибин был захолустным местечком, чем-то средним между деревней и маленьким городом: не совсем деревня и не совсем город. Такое название селения «местечко» – бытовало тогда в западных районах Российской империи: в Польше, Беларуси, Правобережной Украине. Здесь же проходила и «черта еврейской оседлости», за которой евреи жить не имели права.

В деревнях, входивших в черту оседлости, им запрещалось жить и иметь землю. Исключение составляли кантонисты, т.е. евреи, отслужившие в царской армии 25 лет. По окончании службы им в определенных поселениях выделялся участок земли, которая переходила по наследству. Большого желания стать кантонистами среди евреев не было, это считалось как бы Божьим наказанием. Так, чтобы не попасть в кантонисты, мой дедушка женился пятнадцати лет от роду и к восемнадцати годам у него родился сын.

За пределами черты оседлости могли жить евреи – купцы 1-й и 2-й гильдий, лица, окончившие ремесленные училища и представители свободных профессий: врачи, адвокаты, художники, провизоры. На государственную службу, а именно: на железную дорогу, в учреждения связи евреи не допускались. Существовала также процентная норма на право обучения их как в гимназиях, так в институтах и университетах.

Дрибин расположен был в красивом месте – среди лугов и лесов на берегу Прони. Мальчишками, бегая на реку купаться, мы часто смотрели, как по реке сплавляли лес. Окруженное лесами, лугами и полями, отдаленное от железной дороги на 60 верст, наше местечко жило по своим, издавна установившимся законам. 60 процентов населения Дрибина составляли белорусы, русские и поляки, 40 процентов – евреи. Все жители относились к сословию мещан.

В городке было семь училищ, Базарная площадь, церковь, пять небольших синагог. Каждая синагога вела свою летопись, в которую вносились все события из жизни местечка. Неплохая по тем временам больница, действовавшая от земской управы, была построена с помощью ее главного врача Блажевича. Он же явился инициатором образования в местечке сельскохозяйственного кредитного товарищества с пунктом очистки семян. В первые годы Советской власти Блажевич покончил жизнь самоубийством. Не смог он смотреть на то, как душится созданное им с большой любовью, а также слышать угрозы в свой адрес...

Все дома в Дрибине были деревянными и строились обычно на деревянном фундаменте, крыши крылись гонтом – деревянными дощечками, с пазами, подогнанными друг к другу. Большинство домов или хат, как их называли в Беларуси, имели палисадник, в котором росли разнообразные цветы, разве только у захудалого и ленивого хозяина можно было увидеть бурьян. Возле домов пролегали тротуары: хотя и деревянные, они придавали местечку городской вид.

Существовали в Дрибине две общины: русская (в нее большей частью входили белорусы) и еврейская – кагал со своим старостой. Еврейская община содержала раввина и имела своего старосту, который был вторым лицом среди евреев после раввина. Именно он приглашал резника животных (у евреев забивать животное можно было, лишь следуя строгому религиозному ритуалу), устанавливал цены на кошерное мясо, т.е. мясо скотины, зарезанной по ритуалу. В еврейских семьях в пищу шло только кошерное мясо – передняя часть туши, задняя же, а также почки, легкие и сердце не употреблялись и шли на продажу…

Людьми самостоятельными считались владельцы мастерских – кожевенных, красильных, по ческе шерсти и льноволокна, а также арендаторы мельниц. К местной интеллигенции причисляли учителей, раввина, медицинских работников, чиновников волостного управления, работников канцелярии станового пристава, почты. Вся окрестная земля принадлежала помещику Епифанову. Он был хороший опытный врач и ученый. От местечка до его имения пролегала большая липовая аллея – любимое место прогулок молодежи, особенно по субботам».

Вот такой казалась жизнь Дрибина современнику. В 1923 г. в Дрибине из 1510 жителей было 604 еврея.

В годы Великой Отечественной войны Дрибин оккупировали немецкие захватчики. Они создали тут лагерь смерти, уничтожили 2469 граждан, в 1943 г. сожгли почти все постройки. 2 октября 1943 г. Дрибин освободили войска Западного фронта. После войны населенный пункт был отстроен, но евреев здесь уже не было.

29 декабря 1989 г. Дрибин стал центром района, в 1997 г., когда сюда стали переселяться жители с радиоактивно загрязнённых территорий после аварии на Чернобыльской АЭС, Дрибину был придан статус городского поселка. В настоящее время в Дрибине около 3 тысяч жителей. Здесь работают средняя школа, школа искусств, две библиотеки, Дворец культуры, центр спортивной работы, историко-этнографический музей.

Холокост

Ул. Колхозная. Здесь в 1941 г. располагалось гетто.
Ул. Колхозная. Здесь в 1941 г. располагалось гетто.

По данным Национального архива Республики Беларусь об уничтожении еврейского населения на территории Дрибинского района, опубликованным в книге «Память. Дрибинский район» в м. Дрибин 30 сентября 1941 г. было уничтожено 800 евреев, в д. Рясно в марте 1942 г. – около 600 человек, в д. Черневка в сентябре 1941 г. – 600 человек.

Место расстрела евреев Дрибина возле деревни Полоски.
Место расстрела евреев Дрибина возле деревни Полоски.
Жительница деревни Тамара Павловна Шароварова,
мама которой была свидетельницей уничтожения, рассказывает,
что это место жители называли Лучки (здесь был большой луг),
а сейчас выросший лес называют «Жидовским».

Документы свидетельствуют:

Гр-н м. Дрибин Дрибинского района Куговский Матвей Александрович показывает, что 30 сентября 1941 года в м. Дрибин прибыл карательный отряд немцев, который согнал около 400 человек еврейского населения в несколько домов и через неделю, приказав захватить с собой ценные вещи и одеться в лучшую одежду, погнал в лес южнее м. Дрибин, расстояние 2 км, и там всех их расстрелял, разграбив имущество и ценности граждан. Среди расстрелянных были: Ацинина Бася, Пекер Ильяс, Фельдман Борис, Ривкин Геня.


Свидетель В. Протасенко, жительница г. Дрибин

«В колхозном саду евреев заставили выкопать 2 рва, к которым и пригоняли евреев на расстрел. Всего там было у6ито около 800 евреев»


Ул. Колхозная. Здесь в 1941 г. располагалось гетто.
Памятник расстреляным семьям
Ривкиных и Гусиных на кладбище
в Дрибине.

Из воспоминаний Карабановой Веры Мироновны, 1930 г.р.

Среди знакомых моего детства было много евреев. Отец, перед войной, жил в Дрибине на квартире у семьи Милевичей. Бэрка Милевич работал кузнецом. Когда в начале войны Дрибин сгорел, он переехал с женой и пятью детьми (три сына, две дочери) и внуком в деревню Никольск. Местного старика, бывшего лесника, подрядили отвезти семью в гетто в Дрибин. Они доехали до леса. Старик достал веревку и сказал Бэрке, чтобы его связали и ушли лесом в Брянские леса. Он рассказал, куда и как надо идти, чтобы перейти линию фронта. Так они и сделали. Все они остались живы. Старший брат Исаак Милевич воевал, потом женился в Рясно на Анне Соломоновне Шнейдерман.

Памятник на месте захоронения евреев Дрибина на еврейском кладбище. Памятник на месте захоронения евреев Дрибина на еврейском кладбище.
Памятник на месте перезахоронения евреев Дрибина
на еврейском кладбище.
Установлен в 1950-х гг. на средства,
собранные уцелевшими жителями местечка.

Когда 1 сентября 1944 г. я пришла в школу в Дрибине, наша учительница собрала нас (осталось в классе человек десять) и сказала, что все наши одноклассники-евреи погибли. Погибла и моя лучшая подруга, сверстница Беба Цыпленок. Ее с мамой Лизой и сестрой Фаней долго прятали в деревне Темный лес, но потом все же выдали. Когда вели на расстрел, фашист начал издеваться над мамой Бебы, тогда она нагнулась, взяла песок и стала сыпать его прямо в глаза немцу. Всех их убили. Люди, скрывавшие семью Бебы, уже также умерли. Мы плакали, но, пережив столько убийств, пожаров, страха, голода и боли, мы, дети войны, были уже привычными к смерти.

(Из архива могилевской инициативы «Уроки Холокоста»).

Евреи – известные уроженцы местечка Дрибин.

Ривлин Элияху Иосеф бен Арье Лейб (Илья Иосиф) (Дрибин, 1805 – 1865, Иерусалим) был раввином в Полоцке; поселившись в 1847 г. в Иерусалиме, играл видную роль в общине ХАБАДа. Его главный труд «Охолей Иосеф» («Шатры Иосифа»; 1-е изд. – 1868) посвящен вопросам Галахи.


Арба́това Миа (Майя) (1911, м. Дрибин – 1990, Тель-Авив), израильская балерина и преподаватель классического балета. В 1925 г. Арбатова с родителями переехала в Латвию. В Риге Арбатова поступила в школу классического балета, а через год была принята в труппу Латвийского государственного театра оперы и балета. Два года спустя стала солисткой Театра оперы и балета Одессы.

В 1934 г. Арбатова впервые посетила Эрец-Исраэль, где выступила с несколькими концертами. В 1936 г. после успешных гастролей в Лондоне и в США она поселилась в Тель-Авиве. Вместе с мужем, Иосифом Голандом, основала студию балета «Аф аль пи», затем – студию классического балета. В 1940 г. Арбатова стала прима-балериной и хореографом в тель-авивской «Опера Амамит» («Народная опера»).

Несмотря на предубежденное отношение к балету как «буржуазному и устаревшему искусству», бытовавшее среди некоторой части общественности ишува и даже театральных критиков, Арбатова открыла в 1943 г. в Тель-Авиве балетную студию, вырастившую три поколения израильских артистов балета, среди которых было немало солистов, выступавших с ведущими балетными труппами мира. Преподавание в студии Арбатовой велось на основе традиций русского классического балета.

В 1985 г. за вклад в развитие искусства балета в Израиле Арбатовой было присвоено звание Почетного гражданина Тель-Авива. В 1990 г. ученики Арбатовой учредили в Израиле стипендию для молодых артистов балета и международный конкурс ее имени.


Шифрин Залман (1910 г. Дрибин – 1995 г. Натания, Израиль)

Известен, прежде всего, как отец артиста Ефима Шифрина.

Отец Залмана, Шмуил-Яков, кустарь-одиночка, умер в 1942 году. Мать, Чарна-Малка, уроженка местечка Ляды Могилёвской губернии, умерла в 1963 г.

С 1916 года Залман Шифрин учился в хедере, а после еврейских погромов семья переехала в г. Горки. В 1926 году З. Шифрин поступил в Витебский еврейский педагогический техникум, участвовал в драматическом кружке, составлял каталог книг на идиш для городской библиотеки. После доноса в органы о том, что Шифрин – сын нэпмана (отец в это время занимался мелким маслобойным промыслом), Залман вынужден был уйти из техникума. В 1929 году Залман с отцом присоединились к организованному еврейскому переселению в Крым, организованному ОЗЕТ. В 1930 г. Залман переехал в Оршу, учился в Московском заочном финансово-экономическом институте. 20 августа 1938 года он был арестован, по приговору Особого совещания при НКВД, провел 10 лет в исправительно-трудовых лагерях по обвинению в шпионской деятельности, затем – ссылка в Сибири. 20 лет провела в Карлаге (Карагандинский лагерь) и его сестра Сара. Только в 1966 году семья Шифриных с сыновьями Самуилом и Ефимом переехала в Юрмалу. Репатриировавшись с семьей старшего сына Самуила в Израиль, Залман Шифрин стал публиковать в «Еврейском камертоне» (приложении к газете «Новости недели») главы своих воспоминаний. Были изданы две его книги – «Печальная рапсодия: жизнь Залмана Шифрина», Минск, изд. Полымя, 1993, и «Как это было...» (Литературная запись Н. Крейер) в сборнике «Жизнь – смерть – жизнь», Рига, изд. Лидумс, 1993. Печальная рапсодия.


Зевелев Александр (Абрам) Израилевич родился 25 июля 1921 г. в п. Дрибин. Участник Великой Отечественной войны. (Сражался в Отдельной мотострелковой бригаде особого назначения в тылу противника. Зимой сорок третьего был ранен в бою. Вернулся к гражданской жизни после пяти операций.) Окончил исторический факультет Среднеазиатского государственного университета в 1945 г. Доктор исторических наук, профессор, академик РАЕН, заведующий лабораторией «История политических партий России» Государственной академии сферы быта и услуг (Москва) с 1991 г.

В 1945–1967 г. – старший научный сотрудник, директор Ташкентского областного государственного архива, доцент профессор Среднеазиатского государственного университета, старший научный сотрудник, заведующий сектором истории Узбекского филиала Института марксизма-ленинизма при ЦК компартии Узбекистана, заведующий кафедрой истории КПСС Ташкентского государственного транспортного института; 1967–1980 – профессор Московского государственного педагогического института иностранных языков; 1980—1991 – профессор, заведующий лабораторией историографии Московского государственного историко-архивного института; Заслуженный деятель науки; заместитель председателя специализированного совета по защите докторских и кандидатских диссертаций; автор четырех монографий, статей по проблемам историографии, методологи науки, истории Средней Азии. Сфера научных интересов: история науки, история политических партий России. В 2007 г. была издана книга «Гражданин, солдат, ученый: Памяти Александра Израилевича Зевелева: Воспоминания и исследования / Сост. И.Г. Троик, В.Э. Багдасарян, В.Л. Телицын; М.: Собрание», в которой собраны воспоминания друзей, однополчан, коллег и учеников, документы из личного архива Зевелева, библиография его трудов.

Фото Александра Литина

Еврейское местечко под Минском


Местечки Могилевской области

МогилевАнтоновкаБацевичиБелыничиБелынковичиБобруйскБыховВерещаки ГлускГоловчинГорки ГорыГродзянкаДарагановоДашковка Дрибин ЖиличиЗавережьеКировскКлимовичиКличев КоноховкаКостюковичиКраснопольеКричевКруглоеКруча Ленино ЛюбоничиМартиновкаМилославичиМолятичиМстиславльНапрасновкаОсиповичи РодняРудковщина РясноСамотевичи СапежинкаСвислочьСелецСлавгородСтаросельеСухариХотимск ЧаусыЧериковЧерневкаШамовоШепелевичиШкловЭсьмоныЯсень

RSS-канал новостей сайта www.shtetle.comRSS-канал новостей сайта www.shtetle.com

© 2009–2017 Центр «Мое местечко»
Перепечатка разрешена ТОЛЬКО интернет изданиям, и ТОЛЬКО с активной ссылкой на сайт «Мое местечко»
Ждем Ваших писем: mishpoha@yandex.ru