Поиск по сайту

 RUS  |   ENG 

А. Литин, И. Шендерович
«КРАСНОПОЛЬЕ И ОКРЕСТНОСТИ»

«ВЕТВИ НАШЕГО ДЕРЕВА…»

Аркадий Шульман
«НА КАКОМ ЯЗЫКЕ ГОВОРИТ ДУША»


КРАСНОПОЛЬЕ И ОКРЕСТНОСТИ

12 августа 1941 года была закончена мобилизация краснопольчан. В Красную Армию было отправлено более 10 тыс. жителей района. А 16 августа 1941 года Краснопольщина стала прифронтовой полосой, немцы овладели Чериковым. Большая часть населения принимала участие в строительстве оборонительных сооружений на реке Сож. С сентября 1941 г. началась оккупация. Еврейское население в Краснополье составляло 67% населения (17 тыс. человек).


В деревне Краснополье 22 октября 1941 года подразделением 3 батальона полицейского полка «Центр» расстрелян 121 еврей

(Дневник 3 батальона полицейского полка «Центр»). (НАРБ, ф. 4683, оп. 3, д. 943, л. 18.)

(По статье Г. Винницы «Холокост в Могилевском регионе.
Доклад на международной конференции «Першая i Другая сусветныя войны: акупацыя i яе наступствы».
Минск. 7.05.2005. Организатор – Историческая мастерская в Минске).


Памятник на месте первого расстрела евреев Краснополья.
Памятник на месте
первого расстрела евреев Краснополья
(до 250 человек)
в октябре 1941 г.
в районе деревни Сидоровка
(бывший совхоз им. Калинина).

…В конце октября месяца 1941 г. в Краснополье приехал отряд немецкой жандармерии (этот отряд ездил по всему р-ну и учинял расправы), были собраны все пожилые евреи-мужчины и женщины, под видом посылки их на работы в г. Пропойск Могилевской обл., с обещанием в скором вернуть обратно в Краснополье. В этот же день этих евреев вывезли на подводах за город и расстреляли в лесу в районе совхоза им. Калинина. Всего в этот раз было расстреляно до 250 человек.

Все остальное еврейское население Краснополья немецкими властями и бургомистром местечка – Баевым Аврамом Романовичем – жителем Краснополья, было выселено для проживания на отдельную улицу – Банный переулок.

Банный переулок. Здесь было Краснопольское гетто.
Банный переулок, где содержалось еврейское население Краснополья
в период между первым и вторым массовыми расстрелами.

В течение двух месяцев к еврейскому населению немецкие власти относились издевательски, заставляя выполнять непосильную работу, питанием не снабжали, лишив их всяких прав.

В конце ноября 1941 года в Краснополье прибыл немецкий карательный отряд, в этот же день все еврейское население ими было согнано в Народный дом Краснополья, здесь были дети малые и грудные, подростки, женщины и мужчины, старики. Все они были затем построены в колонну, выведены за Краснополье и расстреляны в противотанковом рву напротив кладбища.

В ров евреев загоняли партиями, а затем очередями из автоматов расстреливали. Живые наблюдали перед смертью гибель своих родных и знакомых. Всего в этот день было расстреляно до 350 чел. После этого в Краснополье осталась еврейка-доктор, которую расстреляли весной 1943 года.

Частично расстрелянных в противотанковом рву евреев прикопали землей, других даже не похоронили. Трупы растаскивались собаками, трупный запах распространился по всему местечку.

Имущество расстрелянных евреев было разграблено полицией с ведома немецких властей, бургомистра Краснополья Баева и начальника полиции Пуденкова Ивана Захаровича.

Среди расстрелянных евреев были семьи: Кричавец, Вахемоновых. Перловых, Винниковых, Влинцовских, Резниковых и многих других.

3 октября 1943 г. был произведен осмотр места расстрела еврейского населения, за городом Краснополье напротив городского кладбища… Наравне с костями обнаружено достаточное количество остатков, истлевшей гражданской одежды (женские платья, детские туфельки, ботинки, женские береты и т.д.).

(По акту комиссии 1944 г. и акту, составленному офицерами действующей армии в октябре 1943 г. ГАМО, ф. 306, оп. 1, д. 10, л. 93, 94–95)


Из документов по расследованию немецких злодеяний на территории Краснопольского района.

Уже в первые дни после освобождения Краснопольщины от немецко-фашистских захватчиков с октября 1943 года специальная комиссия подвела первые итоги уничтожения еврейского населения в Краснополье. В состав комиссии входили капитан юстиции Болдырев, Заслуженный врач РСФСР майор медслужбы Макаров В.А., судмедэксперт армии капитан медслужбы Дробышевский В.А., а также жители местечка Краснополье Могилевской области: секретарь Краснопольского РК ЛКСМБ Кушнеренко Петр Петрович, проживает по ул. Тургеневской, 51; Жевнов Денис Алексеевич, проживает по Вязовому переулку, 4; Шыков Владимир Афанасьевич, проживает по Банному переулку (дом номера не имеет).

Комиссия подтвердила, что на протяжении двух месяцев к еврейскому населению немецкие власти относились издевательски, заставляли выполнять непосильную работу, питанием не обеспечивали, а потом расстреляли его. Комиссией был проведен осмотр места расстрела еврейского населения у городского кладбища и на территории совхоза имени Калинина. Вот ее заключение: «По краю противотанкового рва длинной около километра и на его дне найдено большое количество костей человеческого скелета. (Черепа в целом. Отдельные кости, кости голени). На трех участках этого рва были проведены раскопки. На глубине 20-30 сантиметров найдено большое количество остатков настоящей одежды граждан (женские платья, детские туфли, ботинки, женские береты и другое).

На расстоянии 1,5 километра от совхоза имени Калинина в лесу найдено 5 могил. Около этих пяти могил лежало на земле пять черепов. На двух из них в части лобовых костей найдены отверстия правильной округленной формы диаметром 0.8-0.9 сантиметров со скошенными внутрь краями. Одна из этих могил была раскопана. На глубине 1 метра было найдено 8 человеческих скелетов с остатками настоящей гражданской одежды». (1)

Памятник на месте второго расстрела евреев Краснополья. Памятник на месте второго расстрела евреев Краснополья.
Памятник на месте второго расстрела евреев Краснополья (около 350 человек) в ноябре 1941 г.
(и, возможно, более поздних расстрелов летом 1942 г.) за православным кладбищем.

16 декабря 1944 года комиссия в составе секретаря Краснопольского РК КП(б)Б С.И. Сазонова, председателя исполкома райсовета А.Д. Свиридова, помощник начальника райотделения НКВД И.А. Ишутина, райпрокурора Н.А. Наянова и свидетелей С.Г. Степанова и А.Ф. Сводковского составили акт с обобщением преступлений немецких извергов (оккупантов) на территории Краснопольского района. В нем говориться: «За период оккупации фашисты расстреляли мирного населения 1302 человек, из него женщин 757 и детей 545. Угнали в немецкое рабство 279 человек…

Расстрелы производились в противотанковом рву за кладбищем м. Краснополье в октябре 1941 года и июне-июле 1942 года, главным образом еврейского населения».(2)

1) Госархив Могилевской обл., ф. 306, оп. 1, д. 10, л. 57–58;
2)Горархив Могилевской обл., ф. 306, оп. 1, д. 10, л. 56.

Из рассказа свидетеля Акименко Алексея Георгиевича:

«Однажды в Краснополье приехали какие-то военные с черепами на пилотках и в черной форме. Мне показалось, что вели они себя как-то развязно, даже в общении с немецкими солдатами. Помню, немецкий солдат сказал: «СС нихт гут». Но что это означало, мы тогда не знали. Дальше последовали их черные действия. Переселили в отдельный переулок еврейские семьи, потом стали водить стариков на расстрел в противотанковый ров у Зелинича. Остальные работоспособные евреи что-то шили для немцев, валяли валенки – в общем, работали. Прошел короткий промежуток времени, может месяца два-три, повели на расстрел и всех остальных. Несмотря на строжайший запрет, люди пошли их провожать, ведь среди них было много друзей, знакомых, соседей. Городишко был небольшой, и люди жили одной семьей. Люди плакали, провожая их в последний путь. Пошла провожать и мать, так как у нее среди еврейских семей было много хороших знакомых. Поскольку мать была брюнетка, немцы решили, что она еврейка, схватили ее и втолкнули в колонну. Только вмешательство одного из полицейских, который знал мать, так как дом, где он жил, был рядом с дедушкиным, спасло ее от расстрела. Мать со слезами влетела в дом и рассказала эту историю».

(А. Акименко «Судьба» Пермь, 2004 г. с. 18)


Как утверждают старожилы райцентра, в 1942 году была расстреляна последняя группа евреев. Это были маленькие дети. Расстреляли Лёву Блинцовскага, Полю Ваксман, Добу Карасик, Риву Цингауз, Фиму Фрадина, Маню Шейнину, Хаима Зискина и любимицу краснопольских школьников, отличницу учебы, победительницу конкурса самодеятельного искусства 14-летнюю Сару Басову. Рассказывали, что когда всех детей поставили на край противотанкового рва, Сара запела свою любимую песню «Катюша».

(По материалам краснопольского краеведа Лобановского Л.В.).

Фаина Наумовна Ашкинезер.
Одна из последних евреек Краснополья Фаина Наумовна Ашкинезер
на месте расстрела евреев.

Ашкинезер Фаина Наумовна 1938 г.р.:

Много моих родственников погибло в Краснополье. Осталась жива моя двоюродная сестра. У меня была двоюродная сестра Фаина (девичья фамилия Ашкинезер, а фамилию по мужу я не помню), до войны она жила в Краснополье. У нее было трое маленьких детей: 5 лет, 3 года и 3 месяца. Она жила в гетто. Вместе с другими узниками гетто ее гоняли на работы. Однажды, когда вечером Фаина с еще одной молодой женщиной вернулась домой, немец им сказал, что они могут убегать, потому что их дети уже расстреляны. Женщины сначала не поверили, зашли в дом, когда поняли, что детей нет, ушли. Они скитались по деревням, остались живы. Как-то потом попали в Москву, жили там.


Михаил Бас:

«...Вскоре колонна вышла на окраину Краснополья, миновала кладбище, которое было расположено на взгорке, дальше начиналось поле. Километрах в двух виднелась небольшая деревня. Люди шли по полю и с нарастающей тревогой осматривались по сторонам. Послышался женский плач, который подхватили другие женщины, громко заплакали дети. Встревоженные люди стали громко разговаривать, по колонне, с перекатами, пошел шум. Он начинался где-то сзади, переходил на середину, а потом тревожно-возмущенно звучал в голове колонны. Рассвирепевшие полицейские, во главе которых был Евсей, стали кричать:

– Тихо, чего разорались! Молчать!

Кто-то из полицейских выстрелил вверх. Люди постепенно утихли, только еще долго продолжался надрывный плач детей.

– Стой! – прозвучала команда.

Люди остановились. Невдалеке виднелись оголенные кусты, дальше чернел лес. С одной стороны была видна окраина К., с другой виднелись домики деревни, которые примыкали вплотную к лесу.

– Всем сложить вещи, взятые с собой, и отойти в сторону, – прозвучала команда.

Тихо переговариваясь, люди сложили вещи, и отошли чуть в сторону. Маня поставила чемодан, который взяла с собой, с краю горки вещей, подошла к матери и прижалась к ней. Саша обняла Маню, остальные дети сгрудились вокруг мамы и сестры и выжидательно смотрели на них, подняв кверху головы, словно спрашивая: что будет дальше?

После того, как все сложили вещи, люди сгрудились в одну большую толпу. В этой толпе не слышно было ни звука, всех охватило плохое предчувствие, и они несколько мгновений были словно под гипнозом.

Один из дореволюционных домов в Краснополье.
Один из немногих сохранившихся
дореволюционных домов в Краснополье.

В это время послышался гул автомашины, и метрах в пятнадцати от колонны остановилась черная легковая машина. Люди увидели, что из машины вышел немецкий офицер с моноклем в глазу. Он в одной руке держал журнал, скрученный в трубочку, а в другой – стек. Как резвая лошадь, подбежал Евсей и открыл рот, чтобы доложить. Немец снял с глаза монокль и по-русски сказал:

– Выполняйт, – и пошел к небольшому торчащему из земли пню. Сев на него, он, посвистывая, развернул журнал и углубился в чтение, как будто все происходящее не имеет к нему никакого отношения. Немцы, в том числе и этот фашист, были уверены, что эту работу хорошо выполнят полицейские...

– Всем взять лопаты, будете закапывать это... место, – прокричал Евсей, обращаясь к крестьянам.

Те нехотя поплелись к грузовой машине, с которой сбрасывали на землю лопаты.

Спустя какое-то время на месте рва вырос курган, под которым лежали сотни расстрелянных. Земля, покрывшая место ужасного преступления, продолжала шевелиться, как бы сопротивляясь принять невинные жертвы в свои смертельные объятия. Вблизи свежевыросшего кургана валялись детские туфли, куклы и виднелись места, где алела обильно пропитая кровь.

Сидевший на пеньке немецкий офицер оторвал глаза от журнала, сложил его, встал, вынул из глаза монокль и, насвистывая, пошел к машине, громко стукнул дверцей, и машина, недовольно фыркнув, тихо тронулась с места. Полицейские, бряцая оружием, залезли в кузов покрытой брезентом машины и она, тяжело переваливаясь на ухабах, медленно удалялась с места расправы».

(Михаил Бас «Скорбный путь», Тель-Авив, 2001 г., с. 246–252).


Из письма бывшей узницы Краснопольского гетто Флеер Гиси Марковны в редакцию краснопольской газеты «Красное знамя»:

«Уважаемая редакция!

Мое имя – Флеер Гися Марковна (по мужу – Окиничева). Обращаюсь к вам за помощью, как к общественному органу, потому что знаю, что районку читают практически все. Мне нужно восстановить истину, что мои родители – Флеер Маня (Марк) Хаймович и Полякова Сося Лейбовна с детьми в 1941 году (до войны) – жили в Краснополье на улице Калинина. Дом, в котором мы родились, жили и учились и сейчас стоит.

В октябре-ноябре 1941 года мои родители, бабушка, сестра – Флеер Роня, 1921 года рождения и брат – Флеер Яков, 1924 года рождения и я находились, как и многие другие, на оккупированной гитлеровцами территории. Нас выселили из нашего дома в гетто – всех евреев переселяли в переулочки и назвали «гетто». Нам запрещали выходить за территорию, а на одежду повесили желтые звезды, это значило, что мы евреи.

И так было до октября-ноября 1941 года. В октябре расстреляли отца, в начале ноября – маму и бабушку, в конце ноября – сестру и брата. Мне и Шахнович Фриде Владимировне, у которой гитлеровцы также расстреляли родителей и трех детей, по воле судьбы удалось убежать и спрятаться.

Когда приехал отряд гитлеровцев, которые проводили массовые расстрелы, мы пришли к матери Героя Советского Союза М. Антонова и она нас несколько дней прятала. А потом дала нам какие-то свидетельства и под чужими фамилиями мы поехали в Гомель. В то время много людей путешествовали по дорогам. Так мы год под чужими фамилиями прожили в Гомеле, где я живу и сейчас.

В 1944 году мы приехали в Краснополье, взяли свидетельства для получения паспортов. Нам дали также свидетельство о расстреле родителей, но без печати и штампа, потому что их не было сразу после освобождения. За 56 лет это свидетельство потерялось. Больше я не обращалась за таким свидетельством, потому что оно было не нужно.

Наш дом брат продал в 1944-1945 годах. Теперь мне нужно установить, что мои родители, брат, сестра и бабушка были расстреляны, а я находилась вместе с ними с ноября 1941 года. Свидетельство нужно мне для предоставления в общественную организацию «Холокост». Я думаю, что есть еще в Краснополье люди, которые помнят фамилию Флеер. Может, откликнется кто-то из моих одноклассников. Может быть, есть где-то списки евреев, погибших в 1941 году. Я думаю, все знают места массовых захоронений. Это лес за колхозом имени Калинина и ров около кладбища в райцентре. Я много раз приезжала на могилы, за справкой не обращалась.

Сейчас в Краснополье родственников у меня нет. Несмотря на то, что прошло полстолетия, возможно, отзовутся добрые люди, которые нас знали, и тогда я приеду».

Давно отшумела война. Но и сегодня еще слышатся ее отголоски. Одни пытаются искать без вести пропавших родственников, другие – друзей, некоторым необходимо установить факты из их жизни в тяжелые годы.

Имена родственников Флеер Гиси Марковны с Краснопольского гетто есть в списке погибших евреев во время Холокоста на Краснопольщине.

«Красное знамя», 28 марта 1998 г.

Бывшие узники Краснопольского гетто становятся партизанами

Не все узники Краснопольского гетто смирились со своей тяжелой судьбой. Для многих борьба против оккупантов стала продолжением их жизни, чтобы навсегда покончить с фашизмом и его пагубной политикой уничтожения людей.

«…Ицков Семен Вениаминович, 1927 года рождения, в списке особого состава партизанской бригады «Вперед», которая действовала на территории Могилевской и Гомельской областей, считается рядовым партизаном с 2 августа 1942 года по 25 октября 1943 года. (1)

…На расстрел их гнали колонной по знакомым улицам Краснополья. Молча шли подростки и дети. Многие из них были очень маленькие и слабые настолько, что старшие несли их на руках. Конвоировали колонну эсэсовцы в черных мундирах с собаками.

Когда повернули к городскому кладбищу, Сеня Ицков догадался, что это конец. Он решил бежать. Поравнявшись с толпой, он незаметно шмыгнул в открытую калитку, а там огородами стал пробираться к лесу. Вслед ему раздавалась продолжительная автоматная очередь…

В 1941 году Сеня Ицков успел окончить только шесть классов Краснопольской средней школы. 6 «А» класс был лучшим пионерским отрядом в школе, классный руководитель В.Я. Горавская не могла нарадоваться детьми.

1 Справка Госбезопасности БССР, Центральный архив № 10/5-496, 15.07.85 г.
2 Л.В. Лобановский, «Бацькаўшчына», Мозырь, «Белый ветер», 2001 г., с. 126-128, 180.


Страницы книги Л.В. Лобановского «Война народная»:

«…Краснополье, август 1941 года. Из-за Сожа доносилось гулкое эхо войны. На восход отступали солдаты, а вслед за ними шли беженцы. Сеня с болью в сердце смотрел им вслед.

– А почему мы никуда не уезжаем? – спросил он у матери.

Она посмотрела на детей, которые жались около нее, и ответила:

– Куда мне с вами, когда вы один младше другого.

Скоро немецкие солдаты застучали коваными сапогами по улицам Краснополья. Началось насилие, разбой, расправы над мирными жителями. Погибли родители Сени, братья и сестры. И он остался один среди войны. Побег с гетто осуществил ночью.

…До войны Сеня Письман учился в 6 классе краснопольской средней школы, был пионером, любил заниматься в стрелковом кружке, которым руководил учитель П.Ф. Пузенков. Большой радостью для Сени был тот момент, когда ему на сборе пионерского отряда вручили значок «Юный ворошиловский стрелок».

И вот осенью 1941 года для 14-летнего ученика Сени Письмана наступил суровый экзамен. Нужно было принимать самостоятельное решение. И оно было принято: идти искать партизан. Долго блуждал Сеня по лесам Краснопольшчины, пока около деревни Березняки не встретился с бойцами партизанского отряда «Вторые». Отряд действовал на территории Гомельской и Черниговской областей, а также в Краснопольском, Хотимском, Кричевском районах Могилевской области.

Это были шаги в бессмертие юного героя Краснопольщины Сени Письмана, которому тогда исполнилось только 16 лет. (3)

1) Справка Госбезопасности БССР, 10.10.1985 г., № 10/3020;
2) Там же;
3) Л.В. Лобановский, «Война народная», Мозырь, «Белый ветер», 2002 г., с. 120-122.


Л.В. Лобановский, «Война и дети»:

«Дуглас» – транспортный самолет – набирал высоту. В салоне их было десять.

…На всякий случай Емельян Эскин написал обращение к сверстникам, которые придут на смену через 20 лет, и передал его командиру.

– Идем не на прогулку, – объяснял Емельян, – мало ли что может случиться… Родных у меня нет. Есть товарищи, комсомол, партия, Родина.

В обращение говорилось: «Я, солдат и комсомолец Эскин Емельян Наумович, 1926 года рождения, уроженец поселка Краснополье Могилевской области, и мои товарищи идем сейчас в опасный и неровный бой. Многие из нас не вернуться и утро 19 апреля 1944 года не увидят. А нам только по 16-18 лет, и покидать жизнь очень и очень не хочется. Помните: мы умираем, чтобы были вы, которые родились в этом году или немного раньше или позже. И вам также будет в свое время 16-18, и вы будете пользоваться свободой и счастьем, что мы для вас отстояли. Помните нас, которые прошли все муки пекла, созданного на земле коричневой чумой. У вас теперь красивая и добрая жизнь. Вы учитесь, берегите нашу Родину. Беречь Родину нужно не только тогда, когда она вдруг окажется в огне и крови, а значительно раньше, всегда и везде, объединившись со всеми народами в борьбе за мир…».

На счастье операция прошла успешно. Почти без боя десантники овладели первой казармой. Многие полицаи по своей воле перешли на сторону партизан. А во вторую казарму, где находилось командование гарнизона, направили ультиматум. Фашисты выкинули белый флаг. В результате хатыницкий гарнизон был захвачен спецгруппой в составе 10 человек.

Центр радиограммой поздравил весь состав группы с победой и приказал доставить пленных немецких офицеров со штабными документами на Большую землю самолетом, который специально выслали на аэродром Пинского партизанского соединения.

А обращение к сверстникам по предложению Саши Борисова решили направить в газету «Комсомольская правда». (1)

Много еще было организовано диверсий десантной группой «Орлы» с участием Емельяна Эскина. В июне 1944 года по заданию Центра группа передавала шифровки об отступлении фашистских войск и наносила вместе с местными партизанами удары по отступающим гитлеровцам.

После освобождения Брестской области группа десантников присоединилась к войскам действующей армии, чтобы продолжать путь на запад и помочь народам Европы освободиться от фашизма. День Победы Емельян Эскин встречал под Берлином. Расправу над теми, кто активно помогал оккупантам в уничтожении еврейского населения в Краснополье, осуществили краснопольские партизаны.

Л.В. Лобановский, «Война и дети», Мозырь, «Белый ветер», 2000 г, с. 61-63.

Подготовлено А. Литиным, И. Шендерович
Фото А. Литина

Еврейское местечко под Минском


Местечки Могилевской области

МогилевАнтоновкаБацевичиБелыничиБелынковичиБобруйскБыховВерещаки ГлускГоловчинГорки ГорыГродзянкаДарагановоДашковка Дрибин ЖиличиЗавережьеКировскКлимовичиКличев КоноховкаКостюковичиКраснопольеКричевКруглоеКруча Ленино ЛюбоничиМартиновкаМилославичиМолятичиМстиславльНапрасновкаОсиповичи РодняРудковщина РясноСамотевичи СапежинкаСвислочьСелецСлавгородСтаросельеСухариХотимск ЧаусыЧериковЧерневкаШамовоШепелевичиШкловЭсьмоныЯсень

RSS-канал новостей сайта www.shtetle.comRSS-канал новостей сайта www.shtetle.com

© 2009–2017 Центр «Мое местечко»
Перепечатка разрешена ТОЛЬКО интернет изданиям, и ТОЛЬКО с активной ссылкой на сайт «Мое местечко»
Ждем Ваших писем: mishpoha@yandex.ru