Поиск по сайту

 RUS  |   ENG 

Аркадий Шульман
«ТЕВЕЛЬ-МОЛОЧНИК или КТО НАПИШЕТ ИСТОРИЮ МЕСТЕЧКА БОРКОВИЧИ?»

Светлана Лапина
«МОЮ БАБУШКУ ЗВАЛИ РОЗОЙ...»

Антон Буболо
«В БОРКОВИЧАХ»

Аркадий Шульман
«ТРОПА ЗАБВЕНИЯ»

РОЗЫСК РОДСТВЕННИКОВ


Аркадий Шульман

ТРОПА ЗАБВЕНИЯ

В Борковичах я бывал трижды. Впервые приехал в это местечко в Верхнедвинском районе как-то в середине мая, в солнечный яркий день, с удовольствием оставил машину и гулял, не смотря на дефицит времени, по деревянным улочкам, спустился горы в пойму реки Дрисса, и все радовало глаз и хотелось оставаться здесь, как можно дольше. Второй раз был в разгар бабьего лета. Из Дисны – самого маленького и очень красивого, самобытного города в Беларуси – это чуть больше пятнадцати километров, я специально заехал в Борковичи, и снова радовался, глядя на прекрасную природу. Наверное, маленькие городки, нуждаются в солнечной погоде, чтобы предстать во всей своей привлекательности. Но, живем мы не на экваторе, где солнце почти круглый год, и пасмурная погода с тучами на небе и лужами на земле – дело привычное. И тогда маленькие городки становятся скучными, и порой труднопроходимыми. Например, спуститься на машины с горки, что ведет к реке Дрисса, еще, куда ни шло, но подняться обратно сможет далеко не каждый водитель. Хотя и гравия насыпали, и даже кое-где куски старого асфальта видны.

В третий раз я приехал в Борковичи в преддверии осени, в дождливый и хмурый день. И первым долгом мы отправились на железнодорожный вокзал. Нам не надо было изучать расписание поездов. Тем более, что теперь через Борковичи ходит только пригородный поезд, да и тот останавливается здесь на несколько минут. А ведь Борковичи своим расцветом (было такое время), и да всей историей конца XIX и начала XX века обязаны именно железной дороге. Когда-то здесь было поместье, сплавляли лес и даже плавали торговые суда по Дриссе. Сегодня в солнечный день в реке можно увидеть бревна старого причала. А потом через Борковичи прошла железная дорога Рига – Орел, которая связала центр России и порт на Балтийском море. Ожили Борковичи, стали расти, как говорится, не по дням, а по часам. Через Борковичи везли на Балтику лес (в XIX веке, на нем делали состояния также быстро, как сегодня на нефти), везли дары садов и полей – активно торговали с Европой сельскохозяйственной продукцией.

В это самое время в Борковичах стало быстро расти еврейское население. Впрочем, местный краевед Юрий Козлов, который имеет юридическое образование и работает контролером на лесобазе (такой разносторонний человек), считает, что евреи стали компактно селиться в Борковичах еще во времена Великого княжества Литовского, когда местный помещик, католик по вероисповеданию, относился к ним безо всякой предвзятости, и разрешал селиться на его землях.

О династии борковичских помещиков, евреи, вернее их потомки, отзываются хорошо. Отзывы, конечно же, строятся на основании семейных легенд, преданий.

Зеев Абрамсон, в середине девяностых годов работавший посланником «Джойнта» в Беларуси, рассказывал мне о своей семье. По рассказам Зева, его прадед Тевель Динкин был очень колоритной фигурой. До переезда в Борковичи он с семьей жил в Полесье. Крестьянствовал, держал коров, продавал молоко. Был не шолом-алейхемовский Тевье-молочник, а Тевель-молочник, с судьбой очень похожей на судьбу одного из самых известных персонажей еврейской литературы. В 80-е годы XIX века, когда в России началась антиеврейская кампания Победоносцева, Динкиных погнали с земли. Тевелю пришлось оставить хозяйство и в поисках работы податься в Борковичи. Местный помещик, владевший лесами, благоволил к евреям. (Пока, к сожалению, не удалось выяснить его фамилию). Слух об этом помещике быстро разнесся по окрестным городам и местечкам. И евреи, согнанные с насиженных мест, стали переезжать в «медвежий уголок». «Медвежий» – сказано не для красного словца. Живности, в том числе и медведей, в те годы в лесах хватало. Борковичские леса и сегодня не обеднели, хотя, конечно, сравнение не в пользу нынешнего времени. Помещик выделил Тевелю участок земли рядом с железной дорогой и Динкины стали строиться.

Когда через Борковичи прошла железная дорога, евреи охотнее стали селиться в этих местах. Железная дорога давала возможность неплохого заработка.

И Тевель Динкин очень скоро понял, что железная дорога способна прокормить куда лучше, чем стадо молочных коров. Он, как и другие евреи, брал у помещика в аренду участок леса, нанимал крестьян, те валили деревья, потом их везли на железнодорожную станцию, грузили на платформы и отправляли в портовые города Балтики. У Тевеля была большая семья – одиннадцать детей. Всех надо было прокормить, выучить, поставить на ноги. Он много и тяжело работал. Физически был крепким человеком. Прожил больше ста лет. Тогда ведь не отмечали дни рождения, так что более точного возраста Тевеля Динкина никто сказать не может.

На станции Борковичи останавливались и пассажирские поезда, шедшие из Орла в Ригу, и стояли здесь положенные минуты. К этому времени на перрон собирались жители местечка, это было место для прогулок, одевались лучшие наряды, как говорится и себя показать, и на людей посмотреть. А потом вокзальный служащий подходил к бронзовому колоколу, который висел у входа в вокзал, и трижды звонил, это означало – поезд отправляется. И пары, гулявшие по перрону, отправлялись по домам, обсуждая увиденное и услышанное – вечер удался.

Уже в послевоенные времена через Борковичи проходил поезд Москва-Калининград. Правда, на перроне уже не собирались нарядные пары, наступили другие времена и пришли другие нравы, но жители Боркович, представляя свой населенный пункт, обязательно сообщали, что от них можно напрямую уехать и в Москву, и в Калининград.

Опустел местный вокзал, но по-прежнему остался достопримечательностью городка. Единственное сохранившиеся старое здание, из красного кирпича, тоже имеет отношение к железной дороге, – здесь находилась насосная станция. Больше от старых Боркович ничего не осталось. В годы войны, сначала в 1941 году, здесь были довольно ожесточенные бои, станцию и местечко обороняла красноармейская часть, подошедшая из Боровухи. Правда, продержалась она на этих рубежах недолго. А вот в июле 1944 года, во время наступления советских войск, Борковичи трижды переходили из рук в руки. После авиационных и артиллерийских обстрелов был фактически сметен городок с лица земли.

Здесь же на привокзальной площади стоит памятник воинам-освободителям. Около него привольно гуляли куры, под присмотром борковичского петуха.

Об истории Борковичей, в том числе про еврейскую историю населенного пункта нам рассказывали краеведы и старожилы.

Сегодня в Борковичах не осталось ни одного еврея. После войны жили евреи, но они были не местные, а приезжие. Григорий Михайлович Эпштейн, прибыл сюда в конце пятидесятых годов. Работал в сельхозучилище, потом в школе – историком, завучем, директором. Уже в пенсионном возрасте Эпштейн серьезно заболел и уехал к сыну в Израиль, а в Борковичах остались его жена и дочь. Дочь сейчас живет в Полоцке, но сюда часто приезжает.

Вера Васильевна Изосимова.
Вера Васильевна Изосимова.

Первым делом мы отправились в школу к Вере Васильевне Изосимовой. В прошлом она работала директором школы, потом не только по своей воле ушла с этой должности. Сейчас работает социальным педагогом, и стала приемным родителем. У нее двое своих детей и вместе с мужем они взяли в семью двоих приемных. Вера Васильевна историк по специальности.

– Большая школа? – спросил я.

– 120 детей из Борковичей и из окрестных мест, – ответила Изосимова.

– У Борковичей есть будущее, – сказал я. – Это старое местечко?

– Уже в XVI веке есть упоминание о Борковичах. Борковичи – место известное. Здесь проходили очень большие ярмарки. Есть книга историка Никифоровского, он детально описывает ярмарки. Это последняя четверть XIX века. Ярмарка проходила за девять недель до православной Пасхи. Есть у нас деревня Новый Двор и там церковь. Вот от церкви и до железной дороги шел торговый ряд. За один проход покупатель мог увидеть все товары. Сюда съезжались и продавцы, и покупатели со всей округи. Привозили и живность, и птицу, и ремесленные изделия – все можно было приобрести. На эту ярмарку сходились со всей округи юродивые.

Евреев было на ярмарке много. У многих из них были свои лавки, магазины. Они жили сразу за железной дорогой. Была большая еврейская улица, которая вела в деревню Магеры. Я сама местная, в школу ходила в послевоенные годы по этой улице. Была каменная мощеная дорога.

Мы с Верой Васильевной пришли на бывшую еврейскую улицу. В начале этой улицы был большой еврейский магазин, сейчас на этом месте здание пожарной команды, а современный магазин «На росстанях» находится, как раз напротив.

Евреи хлеб пекли, старожилы говорят, вкусный хлеб был, и субботние халы делали, сейчас о них уже некому вспомнить.

Рядом с еврейской улицей находился базар, и здесь были Базарные улицы. До войны и после войны на базар съезжалось много народа. Ярмарка бывает редко, а на базаре каждую неделю можно продать излишки, купить необходимое, встретиться со знакомыми и узнать новости.

Я пытался выяснить, где в Борковичах была синагога. Обычно, она находилась на рыночной площади. Но в Борковичах расположение улиц не совсем привычное для местечек.

– Синагоги в Борковичах не было, – сказал Юрий Козлов, – был еврейский молельный дом. Находился он на все той же еврейской. По-моему, это был дом Динкиных.

Уж не в доме ли Тевеля Динкина, собирался миньян? Правда, по воспоминаниям потомков, Тевель не отличался особенной религиозностью. Скорее всего, это был дом кого-то из его сыновей или родственников.

– Было еврейское кладбище в Борковичах? – спросил я.

Странно, но жители Боркович, с которыми я беседовал, не пришли к единодушию в ответах. Одни уверенно отвечали: «Да, было». И даже показывали мне место, густо заросшее кустарником. Другие утверждали, что на этом месте было не еврейское кладбище, а польское. И если как следует поискать, можно найти старые памятники.

Прошло не так уже много лет, сменилось всего два-три поколения, но память стерла не только имена и фамилии людей, но и знания о прошлом родных мест.

– Еврейского кладбища не было в Борковичах, – уверенно ответил Юрий Козлов. – Оно находилось в девяти километрах от местечка в сторону Западной Двины, за деревней Слобода. Располагалось на возвышенности. И сегодня там, на зеленом пятачке, окруженном хлебным полем, можно увидеть старинные памятники. Полустертые надписи, лучше всего могут ответить на вопрос: «Когда первые евреи поселились в здешних местах?»

– Вы знаете имена, фамилии евреев, которые жили здесь?

– Жила Сима, фамилии не знаю, – ответил Юрий Козлов. – Был кузнец. Он белорус, но породнился с еврейской семьей задолго до войны. Старики рассказывали, что удивительный мастер был. Мог выковать не только лемех, но и, к примеру, подсвечник. Его вместе с еврейской семьей фашисты повели на расстрел. Кузнецу говорили, что ты можешь уходить, ты свободен, но он остался и погиб.

А потом мы отправились к борковичским старожилам. Первый визит к Вере Петровне Логуновой. Доехали до горы, откуда видна Дрисса. Дальше решили не рисковать, и пошли пешком.

Вера Васильевна Изосимова и Вера Петровна Логунова.
Вера Васильевна Изосимова
и Вера Петровна Логунова.

– Вы сами местная? – спросил я у новой знакомой.

– Я с Дернович, это рядышком, уже давным-давно живу в Борковичах.

Слова «давным-давно» в устах восьмидесятилетней женщины выглядели солидно.

– Евреев здесь много жило до войны? – спросил я.

– Очень много. Они жили по ту сторону железнодорожного переезда. Часто приезжали к нам в Дерновичи, заготавливали ягоды, грибы, тряпки собирали.

– А чем еще занимались?

– Торговали, и кузнецы были, и бондари, и сапожники, и портные. Не было тогда комбинатов бытового обслуживания. Если нам надо было пошить пиджак или шубу, портного на дом звали. Мужчины-портные ходили. Помню, батька всегда одного еврея звал к нам.

Когда немцы захватили Борковичи, они вскоре сделали для евреев гетто. Их согнали в Народный дом, там до войны клуб был. Некоторые молодые евреи пытались убежать. Брат с сестрой пришли в наше Дубинино. Просят: «Спасите». А кто будет хавать? (прятать – белорусский). Я буду? А тот скажет, что я еврея хаваю, и меня убьют. И брат с сестрой ушли. Добрались до хутора Смоловки. Там их кто-то выдал, и немцы их убили.

В день расстрела всех евреев из Нардома погнали за Магеры в лес. Их вели пешком до места расстрела – километра два. Рядом находилась заправочная МТС, а по другую сторону дороги метров сто пятьдесят вглубь леса, была выкопана яма. Когда евреев гнали к этой яме, сзади на подводах ехали немцы и полицаи. А саму колону тоже сопровождали немцы с собаками и полицаи.

Копать яму, ставшую братской могилой, пригнали местных мужчин.

– Валенсыра был такой, он и другие копали, – сказала Вера Петровна Логунова. – А потом им приказали положить на эту яму доски. По пятерке евреев подводили к яме, и приказывали идти по доске. В это время стреляли. Падали в яму, кто раненный, кто мертвый, а кто и так, поскользнется – упадет. Наших мужиков, что копали яму, отвели в лес, чтобы они не видели, как расстреливают. Лапок еловых нарубили и забросали эту яму. Там кто шевелился, кто стонал. А потом наших мужиков снова пригнали, и они закопали яму. А не закапаешь, тебя самого убьют.

Затем мы отправились в Магеры, к Регине Ульяновне Пятнице – маме Веры Васильевны Изосимовой. Ей 88 лет, родилась она на хуторе рядом с Борковичами. В довоенные годы ходила в местечковую школу.

Регина Ульяновна Пятница.
Регина Ульяновна Пятница.

– Какими были Борковичи до войны? – спросил я.

– Где теперь улица, около асфальта, – уточнила Регина Ульяновна, – одни евреи жили. Здесь и магазины были еврейские, мы туда на большой перемене бегали. Родители дадут копейку, а кушать хочется. Побежишь, купишь 200 грамм черного хлеба. Я в этой школе семь классов окончила.

Регина Ульяновна прожила нелегкую жизнь. Отец умер еще до войны, а сразу после Победы умерла мама. Регина осталась старшей в доме, на ее плечах было шестеро, как она сказала «брательников». Регина работала в колхозе, и помогала братьям.

Потом мы говорили с ней о войне, об оккупации Борковичей.

– Немцы захватили Борковичи уже в первую неделю войны. Первые месяцы у нас было тихо. Потом немцы повесили одного молодого хлопчика. Оказывал он им сопротивление и его казнили. Повешенного не давали снимать с виселицы несколько дней – пускай все видят, что будет с теми, кто против немцев пойдет.

Не помню день, когда убивали евреев. Мы молотили зерно, был теплый день. Наверное, первые дни сентября. Слышим крики, плач. Пошли посмотреть – евреев ведут. Яма уже была выкопана. Расстреляли их. Говорили, что некоторые сумели убежать.

С Верой Васильевной Изосимовой мы пришли к месту еврейского расстрела. Асфальтовая дорога, опушка леса, болотистое место.

– Сюда фашисты пригнали из Народного дома 120 евреев. Здесь была большая поляна, а лес был дальше. Вот на этой поляне и была вырыта могила.

На этом месте нет памятника, даже камень не лежит, который хотя бы обозначал место.

– Года три назад была здесь поисковая группа со специальным оборудованием, искала место захоронения, потом они поставила столбик и уехали, – сказала Вера Васильевна.

Предполагаю, что это была французская католическая группа, занимающаяся изучением Холокоста. Спасибо им за проделанную работу, только поставленный ими столбик, среди кустарника найти так и не смогли, не только в этот дождливый день, но в последующие – солнечные.

– А кто-нибудь из родственников погибших приезжал сюда?

– Я таких случаев не знаю.

Местным властям нет дела до этого захоронения. Красивые слова о памяти говорить легче, чем делать добрые дела. Не верю, что не осталось родственников у погибших, не берусь судить их, но начинаешь нехорошо о них думать. А у еврейских организаций Беларуси, которые с помощью семьи Лазарусов ставят памятники на местах расстрелов евреев в годы Холокоста, пока еще руки не дошли до безымянной еврейской могилы в лесу у деревни Борковичи. Вот так и проложили люди тропу забвения к братской могиле.

Борковичи, август 2010 г.

Еврейское местечко под Минском


Местечки Витебской области

ВитебскАльбрехтовоБабиновичиБабыничиБаевоБараньБегомль Бешенковичи Богушевск БорковичиБоровухаБочейковоБраславБычихаВерхнедвинскВетриноВидзыВолколатаВолынцыВороничи Воропаево Глубокое ГомельГородок ДиснаДобромыслиДокшицыДрисвяты ДруяДубровноДуниловичиЕзерищеЖарыЗябки КамаиКамень КолышкиКопысьКохановоКраснолукиКраснопольеКубличи ЛепельЛиозноЛужкиЛукомльЛынтупыЛюбавичиЛяды Миоры ОбольОбольцы ОршаОсвеяОсинторфОстровноПарафьяновоПлиссаПодсвильеПолоцк ПрозорокиРосицаРоссоны СенноСиротиноСлавениСлавноеСлобода СмольяныСокоровоСуражТолочинТрудыУллаУшачиЦуракиЧашникиЧереяШарковщинаШумилиноЮховичиЯновичи

RSS-канал новостей сайта www.shtetle.comRSS-канал новостей сайта www.shtetle.com

© 2009–2017 Центр «Мое местечко»
Перепечатка разрешена ТОЛЬКО интернет изданиям, и ТОЛЬКО с активной ссылкой на сайт «Мое местечко»
Ждем Ваших писем: mishpoha@yandex.ru